Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.


Новое на сегодня

Книги в новом дизайне!

Книги опубликованы в обновлённом дизайне и по сниженным ценам!

Узнать подробнее

Генрих и Ксения Корн. Сексуальная магия

Эротические истории, исполняющие желания (18+)

Подробнее

Дофамин: Рассказы о любви и нелюбви

Опубликовано 15.04.2019

Книга содержит рассказы о современном человеке. У каждого рассказа своя тема и свои герои. При этом они связаны общей идеей — человек как он есть: откровенно, неожиданно, иногда страшно. Искренне о любви и нелюбви.

В сборник вошли рассказы «Интервью» (лонг-лист Независимой литературной премии «Дебют»), «Дьявол» (лонг-лист Литературного конкурса Литературного института им. А. М. Горького), «Дофамин» и многие другие.

Купить книгу

Купить книгу в интернет-магазине Ridero: ДОФАМИН

Жанр  современная проза (18+); 340 стр.
Цена: бумажная  440 р., электронная  72 р.

ДОФАМИН. Рассказы о любви и нелюбви: читать онлайн

Купить книгу — в ЛитРес, в Amazon, в Ozon

Подробнее о книге:

Сергей Корнев: «О чём мои книги»


ОТЗЫВЫ: (Напишите Ваш отзыв и отправьте на spkornev@yandex.ru)

Елена БутаковаЕлена БутаковаПрочитав книгу «Дофамин», хочется поблагодарить автора за данное произведение. Живой слог позволяет погрузиться и прочувствовать, то о чём говорится в каждом рассказе. Поражает, как автор тонко передает чувства и мысли героев. После каждого рассказа остаётся интересное послевкусие, которое погружает надолго в мысли о прочтённом. В некоторых рассказах можно узнать себя или похожие ситуации, в которых ты уже побывал. Автор описывает иногда такие вещи, о которых мы стараемся молчать, или детали, на которые мы в жизни мало обращаем внимание. Иногда очень чётко описываются чувства героя, создаётся впечатление, что ты на его месте и чувствуешь, что чувствует он. Бывают в жизни такие моменты, о которых никому не скажешь, а душа кричит, в рассказах это хорошо показано. Нравится тонкий юмор в книге. Нередко, человек носит в себе затаённые обиды и неудовлетворённость жизнью, писатель подчеркивает, что за обыденностью, может скрываться другая тайная жизнь человека. Автор не пытается показать, в чём смысл бытия, но после каждого рассказа погружаешься в собственные мысли: «Кто ты? Что же ты сам представляешь из себя? Чего хочешь?» Писатель не идеализирует героев, показывает, какие они есть со всеми своими недостатками и положительными сторонами. Хочется особо отметить понравившиеся рассказы: «Три Новых года»«Одноклассники»«Дофамин». Всем советую почитать эту книгу. Рассказы позволяют посмотреть на себя со стороны. Некоторые описанные моменты задевают и глубоко западают в душу.

Елена Бутакова, г. Рязань


Алексей ЯныкинАлексей Яныкин

Сформировалось однажды такое направление  «деревенская проза».

Её яркими представителями стали Валентин Распутин, Александр Солженицын, Василий Шукшин и прочие яркие, самобытные, всем известные авторы. У них душа болела, рвалась. И выплескивали они свои раны на страницы повестей.

Сергей Корнев  это писатель направления «городская проза». Проблемы общества те же: жестокость, черствые нравы. Но как и во все времена, являются стране авторы, ищущие выход из этого порочного круга.

«Дофамин»  это поиск Любви в человеке.

Алексей Яныкин, г. Москва


ЛитКультЛитКультО рассказе «Буддийская зима»

Многослойность сюжета, красочность изображения и глубокий мировоззренческий подтекст.

О рассказе «Джокер. Сказка о вечности»

Симбиоз сказки, притчи и привычной бытовой атрибутики, разобранный на временные и игровые (карточные символы) отрезки меня впечатлил.

tumanyan, литературное объединение ЛитКульт

Порадовал оригинальностью. Идея, трактовка, композиция  все на высоте.

Мышление Близнецов, литературное объединение ЛитКульт


ЛитКультЛитКультО рассказе «Буддийская зима»

Рассказ крайне любопытный. 

«Меня больше волновали мои собственные оранжевые переливы, деятельная, увлекательная страсть разрушения условностей на пути нети-нети. Разрушение условностей быстро и неистово превратилось в саморазрушение. Так что сметающий условности дзен беспомощно сам стал условностью. И Серж хорошо это знал».

В выделенном не хватает лирического отступления. Размышлений, превращающих «разрушений условностей» в «саморазрушение». Без них высказанная мысль выглядит прыжком, потому что из равенства саморазрушения и разрушения условностей выходит, что субъект, разрушающий условности, сам есть условность. А ранее в тексте это не доказывалось.

Но следующий отрывок подытоживается так: 

«Тогда мне стали понятны четыре дурацкие истины моего страдания. Первая. Меня нет. Вторая. Сержа нет. Третья. Нас нет. Четвёртая. Ничего нет».

Это утверждение снимает противоречивость первого выделенного мною отрывка, но тогда в размышлении повествователя не видно развития, ведь «четыре дурацкие истины» не вывод из первого отрывка, а скорее его перепрыгнутое содержание.

Предложенная логика в суждениях рассказчицы требует более развернутых доказательств, чтобы персонаж претендовал на проработанную философию (если автором так задумывалось), а не на витийствующую меланхолию (хотя учитывая личность повествователя, можно предположить, что прыжки в мыслях персонажа сделаны автором сознательно).

nuar nastal, литературное объединение ЛитКульт


ЛитКультЛитКультО рассказе «Буддийская зима»

Что получится, если достичь равновесия пресловутых света и тьмы? Отказаться от оценок и сравнений, вычеркнуть их из своей жизни как ложные, не отражающие действительность? Возможно, свет  это равновесие, золотая середина, а тьма  это отсутствие меры?

Но гамма ряда картин, в которых проявляется путь отказа от оценочных суждений (прием, когда внешний мир отражает внутреннее состояние, хотя художник проходит мировоззренческие метаморфозы, подобные случившимся с главным героем; кто знает, может, это еще одно совпадение), может обернуться темнотой, пройдя дорогу от золотистой пастели к коричнево-черному дьяволу, оказываясь, возможно, не более чем игрой теней.

Интересно, что тема рассказа и рассмотренные в этом контексте воззрения проявляются и в технике Светова  неявность, отраженность, когда нечто создается не без помощи окружения, полученная картина  сродни иллюзии, порожденной сочетанием. Эдакая синергия  сумма целого больше суммы частного. Но частное  отдельно взятые индивидуальности  не создают такого же впечатления, как общее, т. е.их в том смысле, который получается в итоге, нет.

Яркость и переливы, пожухлость и затенение. Финал, в густую тишину которого с тонким звоном падает капля надежды. Надежда, впрочем  тоже игра теней. Слоисто, упорото, поэтично. И очень даже живые персонажи, кто бы там что ни говорил.

Мышление Близнецов, литературное объединение ЛитКульт 

 


ЛитКультЛитКультО рассказе «Жалюзи, или Доспехи ревности»

Контраст стереотипных противоположностей заявлен в самом начале, и по мере раскрытия образов опровергается. Про террористов, пока читали, не думали вовсе  для подобной истории это не типично. Даже при наличии «африканских братьев» не складывалось мнения, что женщина в черном не русская. Автор весьма мягкими движениями заложил ложное направление мыслей о суициде. И хотя мы, как читатель, не поддались этой уловке, это занятно отразилось в концовке.

Обыграна палитра рядом стоящих чувств  в пойму ревности вливаются нелюдимость, жалость, гнев, саморазрушение, ощущения себя грязной; чувства текут, автобус едет, движение ощутимо. Стилистика не просто мрачная, здесь осознанные узнаваемые оттенки вливаются с точностью, близкой к фармацевтической. Здесь не белая получает за свою дурость по полной, а все заливается ядовитой чернотой. И не дурость это, а блекнущие чувства и мысли, гаснущий свет  не луч света в темном царстве, а электронное свечение какого-нибудь модного айфона.

Здесь показано, как внутренний мир черной фигуры сначала просачивается, как дым или подцвеченный раствор в воде, а потом ударом вырывается наружу, насильственно поглощая все остальные цвета. Что, согласитесь, очень напоминает ревность. Ревность заключена в доспех нелюдимой девушки, замкнутая система сдерживает внутренний мрак до поры. Ревность не описывается, как характеристика, а показывается в динамике. Переход через реку  метафора смерти, еще по античной мифологии или легенде о короле Артуре. В более общем виде  переход некой границы, рубежа, в чуть более частном переключение тумблера в сознании, когда человек становится готов сделать то, о чем раньше и не подумал бы. То, что ревность  черного цвета, понятно. Черный пакет, «темная» девушка (при первом описании употреблено слово «темный»), черная грязь. Жалюзи из африканского дерева. За окном постепенно вечереет. Образ белой женщины постепенно уменьшается, уходит в точку; просветы в жалюзи становятся меньше.

Интересно обыгрывается то, что на других языках ревность похожа на жалость. У белой женщины тоже ревность (звонок), но другая обыкновенная, типичная, капризная, блеклая, угасающая в своей значимости, как солнечный свет за окном. И наверняка еще остается немало глубинных смыслов, которые можно раскопать (даже если их сознательно не вкладывал автор, хотя видно, что он знал, что и куда положить).

Мышление Близнецов, литературное объединение ЛитКульт